вторник, 17 мая 2016 г.

Безрассудные поступки

Временами я, конечно, совершаю из ряда вон выходящие глупости. Наверное, так мне интереснее жить. Особенно если эти безрассудные поступки связаны с опасностью. У меня какой-то фетиш на опасности: чтобы подтолкнуть меня что-то сделать, достаточно объявить, что это опасно. Например, мудрая девушка скажет мне: «Мыть посуду опасно — можно порезаться!». Не пройдёт и минуты, как я буду, по локоть засучив рукава, драить тарелки.

Думаю, это никак не связано с отважностью, но, скорее, есть проявление инфантильности моего духа. Плохо это или хорошо — не знаю. Иногда я, однако, теряю черту, за которую нельзя заступать, и иду дальше ощупью. Так фотография ниже иллюстрирует мой самый безрассудный поступок за прошлый год.




Свою «коллекцию» я начал собирать на Майдане в Киеве. Прямо на улице парни в масках разложили на табурете гильзы, резиновые пули и чеки от гранат (!), найденные на площади после окончания бойни.


01. Киев, февраль 2014 г.

Я не удержался и незаметно спиздил две гильзы. На память.


02. Одна от автомата Калашникова, вторая от дробовика.

Привезённая гильза от дробовика очень понравилась моему котёнку: он любил её нюхать и закатывать под холодильник, пока я не отобрал и не спрятал.
Потом в Сирии я набрал полный пакет разнокалиберных ржавых гильз, найденных в центре Хомса для приятелей в качестве необычных сувениров. Таможня во Внуково была шокирована.


03. Хомс, Сирия, май 2014 г.

Несколько штук оставил себе, поместив в ящик с артефактами Майдана.


04. Вышибной патрон миномётного снаряда и гильзы, привезённые в Москву из Сирии.

А после я поехал на Донбасс. И в последний день попросил у бойцов подарить мне 30-миллиметровый бронебойный патрон, используемый в боевой машине пехоты. Очень, уж, он меня впечатлил.


05. Обойма внутри БМП. Донбасс, 2014 г.

Молодые бойцы обрадовались, и собрали мне вдруг на память целую подборку патронов. Все их я свободно провёз в Ростов, потому что границу мы пересекали нелегально, и при желании оттуда можно было вывезти даже РПГ-7. Но я ограничился патронами. «Патроны без оружия (по одному экземпляру каждого вида) — это элементы частной коллекции, но не боеприпасы», — убеждал я своё здравомыслие. Оставалось придумать, как доставить их домой, ведь сотрудники аэропорта не любят такие сувениры.
Вариантов было несколько, но я выбрал самый палевный. Купил в почтовом отделении Ростова коробку, вернулся в гостиницу, и упаковал все подарки Донбасса. Посылка вышла на 2,3 килограмма.

Мне казалось, что если я не оставлю своих отпечатков пальцев и случайно упавших с головы волос, при получении груза в Москве можно будет отмазаться, что я в душе не тарахчу, что всё это означает, и кто сыграл со мной столь странную шутку.


06. Чтобы не ронять в коробку волосы, обернул голову футболкой.

Честно уплатив почтовую мзду в размере двухсот рублей, сдал коробку, и улетел самолётом в Москву.

Уже дома меня стало разбирать любопытство: могут ли обнаружить в посылке запрет по дороге, и как в таких случаях поступают. Пошерстив интернет, пришёл к неутешительным выводам: патроны запросто могли увидеть на экране интроскопа, посредством которого выборочно проверяют множество коробок. Так я наткнулся на газетные статьи, где рассказывали о приёме людей, отправлявших друг другу стволы, ящики с патронами и прочую ерунду. Принимали адресатов прямо на почте после того, как те расписывались за посылку. Байки в формате «я не я и рожа не моя», по всей видимости, не канали. Люди уезжали по статье 222 на срок до трёх лет.

Настал день, когда в Москве мне пришло извещение о необходимости явиться на почту и получить бандероль. Не идти было нельзя — посылку через некоторое время отправят назад, там выяснят, что указанного ростовского адреса не существует, вскроют и охуеют. И тогда я точно поеду.

Собрав остатки смелости, отправился на почту. Внутри ничто не предвещало беды: женщины были на удивление беззаботны и приветливы, и я решил, что если бы за стеной ждали мусора, барышни должны были вести себя скованно, и при виде моего паспорта непременно просверлили бы насквозь полным ужаса взглядом: «Вот он, террорист!». Но ничего такого не произошло. Забрал свою коробку и свободно покинул почтовое отделение.
Кажется, такой радости я давно не испытывал, и вечером от души выпил бутылку красного в одно лицо. А коллекцию пополнил целый арсенал разнокалиберных патронов, осколок снаряда гаубицы, кусок взрывателя гранатомёта и табличка от ящика с противотанковыми ракетами.


07. Сигаретная пачка позволяет ощутить размеры некоторых единиц.


08. Окрашенные в разные цвета наконечники пуль сообщают о типе патрона.


09. Элемент боеприпаса подствольного гранатомёта (если не ошибаюсь).


10. Осколок снаряда гаубицы. Когда тот взрывается, во все стороны летят такие острые куски металла. Страшная штука.


11.


12.


13.


14.


15. Капсюль патрона крупнокалиберного пулемёта Владимирового танкового (он же КПВТ). Такой пулемёт установлен, например, в БТР, «экскурсию» внутри которого проводил мне ополченец Боец.


16. Патрон зенитной установки (ЗУ) калибра 23 мм. и бронебойный патрон 30 мм. (его я и просил у пацанов).


17.


18.


19.

Вторая поездка на Донбасс позволила мне пополнить коллекцию военных артефактов ещё несколькими, на этот раз абсолютно законными, экземплярами. Только сигнальный патрон и дымовую шашку отобрали на границе, но остальное разрешили. Создал позади себя немалую очередь, пока всё основательно перетряхнули и изучили.


20.


21.


22. Утреннее построение.


23. Полное собрание.

Хранится это теперь, разумеется, не в квартире, но там, где никто не найдёт. Зачем мне всё это — не знаю. Кто-то собирает марки. Кто-то значки. Я — осколки войны.